Мит Сколов (mskolov) wrote,
Мит Сколов
mskolov

Ю.И. Черняк: системный анализ в управлении экономикой СССР

Быстро пришло понимание недостаточности и ограниченности западной методологии, ограниченной, в основном, уровнем частной фирмы. Масштаб задач, которые ставили перед собой [наши, советские] экономисты-математики того времени, впечатляет – достаточно упомянуть серьезное обсуждение экономистами-математиками целевой функции развития всей страны.

***

Мне, тогда студенту экономического факультета МГУ по кафедре ММАЭ, довелось принимать участие в некоторых из его проектов. Наверное, мой взгляд не может не быть субъективным, но зато я был свидетелем, а иногда и участником рождения некоторых важных идей системного анализа.

Типичная ситуация начала таких исследований была следующей. Некоторая организация (от низовой организации в одной из отраслей народного хозяйства – завод, фабрика, склад, управление, фонд, театр и т.п., до целого министерства, ведомства или госкомитета), в лице представителей его руководства, или лиц, близких к руководству, высказывали недовольство организацией и результатами своей деятельности, и обращались к ученым (это как раз и были специалисты по экономико-математическим методам и системному анализу) за помощь и советом. Иногда отношения теоретиков и практиков оформлялись договорами сотрудничества, или как-либо иначе, но зачастую проходили на началах творческого энтузиазма и взаимопомощи. Часто толчком к сотрудничеству служило какое-то неприятное событие (грозящий отчет, лишение финансирования, жалоба, угроза снятия с должности и пр.), так что времени на исследование обычно было совсем немного. Доступная информация также была весьма скудной (если она вообще была доступна), обычно нужно было самим добывать нужную информацию, быстро организовывать ее определенным способом и на этой основе готовить решения в ситуации максимальной неопределенности.

Возможно, именно эти трудные условия и привели к открытию замечательных приемов системного исследования, которые затем уже с высокой степенью уверенности использовались в дальнейшей работе.
Чтобы дать представление о том, как это было, расскажу конкретный случай. Юрий Ильич звонит мне поздно вечером и спрашивает: «Хочешь побывать на Мосфильме? Мы завтра туда идем по личной просьбе руководства Госфильмофонда, оплаты никакой, но будет интересно».

Ну, разумеется, разве можно отказаться от такой возможности: лекции и занятия подождут. Приходим, начинаем с короткой впечатляющей экскурсии (тогда еще экскурсий для публики по киностудии не проводилось, впрочем, и Мосфильм тогда еще исправно работал и выпускал фильм за фильмом – только что прогремела «Москва слезам не верит»). Потом проходим в кабинет, и нам рассказывают, что народный контроль (организация, которой тогда боялись больше всего – там работали совершенно неквалифицированные и беспардонные люди) провел проверку и выяснил, что Госфильмофонд украл у народа столько-то тонн ценного металла – серебра (старые кинопленки содержат остатки серебра, а Госфильмофонд как раз и занимался хранением и тиражированием старых шедевров кинематографии).

Рекомендовалось смыть серебро с пленок и вернуть народу в виде ценного металла, а также прекратить перерасход средств на работу людей, допустивших хищение ценностей. Руководство пыталось защититься и так и этак, но ничего не удавалось сделать – вот-вот могут пропасть бесценные сокровища кинематографии. Пытаемся выяснить у руководства, чем занимается организация, как она устроена, как она работает. В ответ довольно невнятные комментарии – каждый знает свой конкретный участок, дальше уже почти ничего не видит, или говорит общие слова о том, что он делает искусство доступным народу и т.д.

Честно говоря, я был в отчаянии, как и множество других советчиков, побывавших на нашем месте до нас. Но Юрий Ильич спокойно спрашивает комплект базовых документов организации (любая организация функционирует на основе пакета основополагающих документов), и поручает мне заполнить на их основе несколько сотен заготовленных карточек с вопросами.

Дело привычное, до этого я несколько раз уже участвовал в подобных «набегах», и освоил принципы выуживания системной информации из бюрократических творений. Тем временем Юрий Ильич интервьюирует по очереди сотрудников, делая пометки только ему понятной стенографией (он сам разработал свою стенографическую систему для такой работы). После этого он забирает все карточки, и меня в придачу, к себе домой, и раскладывает карточки на полу рядом с большими листами бумаги, предназначенными для схем.

На следующий день мы уже докладываем всему руководству, как устроена и работает их замечательная организация, иллюстрируя все системными схемами. Надо было видеть просветленные лица людей, всю жизнь проработавших на своем месте, и, казалось бы, знавших о своей работе все, но впервые понявших во всей ясности и простоте устройство сложнейшей организации, смысл, принципы и цели ее работы!

Я не знаю дальнейшей судьбы Госфильмофонда, но судя по тому, что мы и сейчас иногда видим старые шедевры, с ним дальше уже все было в порядке, люди сами сумели себя отстоять.

***
Публикация его журнальной работы «Взрыв, которого не было» вызвала резкую отповедь создателей бесчисленных АСУ, на которые бесцельно и бесплодно в СССР тратились огромные средства – в своей статье Юрий Ильич ясно показывает, что АСУ, не решая никаких проблем, способствуют только автоматизации и, соответственно, усугубления все возрастающего беспорядка в экономике – эта публикация как раз была незадолго до того, как советская экономика рухнула.

Владимир Ильич Черняк https://systemeconomics.ru/researchers/yuriy-chernyak/metodologiya-yuriya-chernyaka
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments